Чтобы принять участие в Галерее Друзей, просто отправите по электронной почте (cursoderusso@bk.ru) свою фотографию, имя и название Вашего города.

Ваше присутствие в этой галерее будет большой честью для меня!

Para fazer parte da Galeria dos Amigos, simplesmente envie por correio eletrônico (cursoderusso@bk.ru) sua fotografia, seu nome e nome de sua cidade.

Sua presença nessa galeria será uma grande honra para mim!

                                                                                              

::::::  1ª página / 1-ая страница  :::::: 3ª página / 3-ья страница  ::::::  4ª página / 4-ая страница  ::::::

                                                                                                                

 
Элио в Украине   Элио с товарищами Чёрноморского Флота в Севастополе

Город Флорианополис,

ш. СК - Бразилия

  Город Флорианополис, ш. СК - Бразилия
   

 

Ариане Хаагсма в Грамаду, ш. РС -Бразилия Габриелочка в Новосибирске

Город Пальоса,

ш. СК - Бразилия

Город Флорианополис,

ш. СК - Бразилия

 

Арианюша - всегда готова!

Город Пальоса,

ш. СК - Бразилия

 

 

Арианушка играет на пианино - Как же классно!

 

 
Соня и Цидо     Цидо, Соня и Данило
Город Сан-Паулу, ш. СП - Бразилия     Город Сан-Паулу, ш. СП - Бразилия

 

 

 

Большой Марлон, маленький Марлон и Барбара

Раиса и Нибодька

 

Город Краснодар - Краснодарский край, Россия

 

ЖИЗНЬ В КРАСНОДАРЕ

Город Флорианополис,

ш. СК - Бразилия

 
   
    Аня в Москве
   

Город Флорианополис,

ш. СК - Бразилия

 
 

Александра Васильевна и Паулу Жорже

  Ганерон

Города: соответственно из Минска (Минская область и Минский район) и Рио-де-Жанейро ш. РЖ

Белоруссия и Бразилия

 

Город Флорианополис,

ш. СК - Бразилия 

 

 

Серёжа, Женечка и Алёнушка в Затоке, возле города-героя Одессы

Д. Луначарское
Витебская область, Верхнедвинский район

Белоруссия

 
 

Тамирес

Апукарана, ш. ПР - Бразилия

 

 

Тамирес очень красиво читает стихотворение ВладимирА ВладимировичА МаяковскОГО «Сергею Есенину».

ПОЗДРАВЛЯЮ!!!

Thamires declama de maneira muito linda o poema de VLADÍMIR VLADÍMIROVITCH MAIKÓVSKII «A SERGUIÊI IESSIÊNIN».

PARABÉNS!!!

 

- A SERGUÉI IESSIÊNIN -

VLADÍMIR VLADÍMIROVITCH MAIKÓVSKII

- Сергею Есенину -

Владимир Владимирович Маяковский

 

Você partiu,

                 como se diz,

                                    para o outro mundo.

Vácuo. . .

             Você sobe,

                             entremeado às estrelas.

Nem álcool,

                 nem moedas.

Sóbrio.

           Vôo sem fundo.

Não, lessiênin,

                      não possoão posso

                                     fazer troça, -

Na boca

             uma lasca amarga

                                        não a mofa.

Olho -

          sangue nas mãos frouxas,

você sacode

                  o invólucro

                                 dos ossos.

Sim,

       se você tivesse

                             um patrono no "Posto"(1) -

 

ganharia

            um conteúdo

                               bem diverso:

todo dia

            uma quota

                           de cem versos,

longos

          e lerdos,

                       como Dorônin(2).

Remédio?

               Para mim,

                               despautério:

mais cedo ainda

                        você estaria nessa corda.

Melhor

           morrer de vodca

que de tédio !

Não revelam

                   as razões

                                 desse impulso

nem o nó,

               nem a navalha aberta.

Pare,

        basta !

                   Você perdeu o senso? -

Deixar

          que a cal

                        mortal

                                  Ihe cubra o rosto?

Você,

         com todo esse talento

para o impossível;

                          hábil

                                  como poucos.

Por quê?

             Para quê?

                            Perplexidade.

- É o vinho!

                 - a crítica esbraveja.

Tese:

         refratário à sociedade.

Corolário:

                muito vinho e cerveja.

 

Sim,

       se você trocasse

                                a boêmia

                                             pela classe;

A classe agiria em você,

                                    e Ihe daria um norte.

E a classe

                por acaso

                               mata a sede com xarope?

Ela sabe beber -

                        nada tem de abstêmia.

Talvez,

          se houvesse tinta

                                    no "Inglaterra"(3);

você

        não cortaria

                          os pulsos.

Os plagiários felizes

                              pedem: bis!

Já todo

           um pelotão

                           em auto-execução.

Para que

              aumentar

                            o rol de suicidas?

Antes

         aumentar

                       a produção de tinta!

Agora

         para sempre

                           tua boca

                                        está cerrada.

Difícil

        e inútil

                  excogitar enigmas.

O povo,

            o inventa-línguas,

perdeu

          o canoro

                       contramestre de noitadas.

 

E levam

             versos velhos

                                 ao velório,

sucata

          de extintas exéquias.

Rimas gastas

                    empalam

                                  os despojos, -

é assim

            que se honra

                                um poeta?

-Não

        te ergueram ainda um monumento -

onde

        o som do bronze

                                 ou o grave granito? -

E já vão

            empilhando

                             no jazigo

dedicatórias e ex-votos:

                                   excremento.

Teu nome

               escorrido no muco,

teus versos,

                  Sóbinov(4) os babuja,

voz quérula

                 sob bétulas murchas -

"Nem palavra, amigo,

                               nem so-o-luço".

Ah,

      que eu saberia dar um fim

a esse

          Leonid Loengrim!(5)

Saltaria

            - escândalo estridente:

- Chega

            de tremores de voz!

Assobios

             nos ouvidos

                              dessa gente,

ao diabo

             com suas mães e avós!

Para que toda

                    essa corja explodisse

inflando

            os escuros

                            redingotes,

e Kógan(6)

               atropeladoropelado

                               fugisse,

espetando

                os transeuntes

                                      nos bigodes.

Por enquanto

                    há escória

                                    de sobra.

0 tempo é escasso -

                              mãos à obra.

Primeiro

             é preciso

                           transformar a vida,

para cantá-la -

                      em seguida.

Os tempos estão duros

                                   para o artista:

Mas,

        dizei-me,

                     anêmicos e anões,

os grandes,

                 onde,

                          em que ocasião,

escolheram

                  uma estrada

                                     batida?

General

            da força humana

                                     - Verbo -

marche!

            Que o tempo

                               cuspa balas

                                                 para trás,

e o vento

             no passado

                              só desfaça

um maço de cabelos.

Para o júbilo

                   o planeta

                                 está imaturo.

É preciso

              arrancar alegria

                                     ao futuro.

Nesta vida

                morrer não é difícil.

O difícil

           é a vida e seu ofício.

1926 

(Tradução de Haroldo de Campos)

1. Alusão à revista Na Postu (De Sentinela), órgão da RAPP (Associação Russa dos Escritores Proletários), cujos colaboradores se mostravam muito zelosos em atacar os escritores que lhes pareciam transgredir a moral proletária.

2. Referências ao poeta soviético I.I. Dorônin (n. em 1900).

3. Hotel em que Iessiênin se suicidou.

4. O famoso cantor L.V. Sóbinov (1872-1934) foi um dos participantes da homenagem à memória de Iessiênin, que teve lugar no Teatro de Arte de Moscou, em 18 de janeiro de 1926, quando interpretou uma canção de Tchaikóvski.

5. O papel de Loengrim, da ópera deste nome, de Wagner, constituiu um dos grandes êxitos da carreira artística de Leonid Sóbinov.

6. O crítico P.S. Kógan (1872-1932), representante da crítica mais dogmática, com quem Maiakóvski manteve freqüentes polêmicas.

 

Вы ушли,

        как говорится,

                      в мир иной.

Пустота...

          Летите, в звёзды врезываясь.

Ни тебе аванса,

               ни пивной.

Трезвость.

Нет, Есенин,                

            это

               не насмешка.

В горле

        горе комом —

                    не смешок.

Вижу —

      взрезанной рукой помешкав,

собственных

           костей

                 качаете мешок.

— Прекратите!

             Бросьте!

                     Вы в своем уме ли?

Дать, чтоб щёки

               заливал

                      смертельный мел?!

Вы ж

    такое

         загибать умели,

что другой

          на свете

                  не умел.

Почему?

       Зачем?

             Недоуменье смяло.

Критики бормочут:

                 — Этому вина

то...

     да сё...

             а главное,

                       что смычки мало,

в результате

            много пива и вина. —

Дескать, заменить бы вам

                        богему

                              классом,

класс влиял на вас,

                   и было б не до драк.

Ну, а класс-то

              жажду

                   заливает квасом?

Класс — он тоже

               выпить не дурак.

Дескать,

        к вам приставить бы

                           кого из напостов —

стали б

       содержанием

                  премного одарённей.

Вы бы

     в день

           писали

                 строк по сто,

утомительно

           и длинно,

                    как Доронин.

А по-моему,

           осуществись

                      такая бредь,

на себя бы

          раньше наложили руки.

Лучше уж

        от водки умереть,

чем от скуки!

Не откроют

          нам

             причин потери

ни петля,

         ни ножик перочинный.

Может,

      окажись

             чернила в "Англетере",

вены

    резать

          не было б причины.

Подражатели обрадовались:

                         бис!

Над собою                   

         чуть не взвод

                      расправу учинил.

Почему же

         увеличивать

                    число самоубийств?

Лучше

     увеличь

            изготовление чернил!

Навсегда                   

        теперь    

              язык

                  в зубах затворится.

Тяжело

      и неуместно

                 разводить мистерии.

У народа,

        у языкотворца,

умер

    звонкий

           забулдыга подмастерье.

И несут                      

       стихов заупокойный лом,

с прошлых

         с похорон

                  не переделавши почти.

В холм

      тупые рифмы

                 загонять колом —

разве так

         поэта

              надо бы почтить?

Вам

   и памятник еще не слит, —

где он,

      бронзы звон

                 или гранита грань? —

а к решеткам памяти

                   уже понанесли

посвящений

          и воспоминаний дрянь.

Ваше имя

        в платочки рассоплено,

ваше слово

          слюнявит Собинов,

и выводит

         под берёзкой дохлой —

"Ни слова,

         о дру-уг мой,

                      ни вздо-о-о-о-ха".

Эх,

   поговорить бы иначе

с этим самым

            с Леонидом Лоэнгринычем!

Встать бы здесь

               гремящим скандалистом:

— Не позволю

            мямлить стих

                        и мять!

Оглушить бы

           их

             трехпалым свистом

в бабушку

         и в бога душу мать!

Чтобы разнеслась

                бездарнейшая погань,

раздувая

        темь

            пиджачных парусов,

чтобы

     врассыпную

               разбежался Коган,

встреченных

           увеча

                пиками усов.

Дрянь

     пока что

             мало поредела.

Дела много —

            только поспевать.

Надо

    жизнь

         сначала переделать,

переделав —

           можно воспевать.

Это время —

           трудновато для пера,

но скажите                    

          вы,

             калеки и калекши,

где,

    когда,

         какой великий выбирал

путь,

     чтобы протоптанней

                       и легше?

Слово —

       полководец

                 человечьей силы.

Марш!

     Чтоб время

               сзади

                    ядрами рвалось.

К старым дням

             чтоб ветром

                        относило

только

      путаницу волос.

Для веселия

           планета наша

                       мало оборудована.

Надо

    вырвать

           радость

                  у грядущих дней.

В этой жизни

            помереть

                    не трудно.

Сделать жизнь

             значительно трудней.

 

1926

 

 

 

                                                                                               

         

Народный портал всех любителей русского языка и советской культуры - Ренан Карнейро, 2012 г. - Portal popular de todos amantes da língua russa e da cultura soviética - Renan Carneiro, 2012